Личности Харькова: Катарина Леонова, лидер группы ШАNА

8:37  |  19.04.2017

ШАNA появилась совсем недавно, трансформировалась из группы KAssiopeia. На счету группы альбом, записанный в Берлине на TRIXX Studios, и выступления на главных сценах музыкальных фестивалей.

Их музыка настолько многообразна, что ее невозможно отнести к какому-то определенному формату.

Таким же, вне формата, получилось интервью с лидером группы ШАNA, Катариной Леоновой. Мы общались полтора часа. И я так и не смогла хоть что-то убрать или сократить для статьи. Поэтому просто записала всё.

Катарина Леонова: «Я очень природный человек»

Сразу начнем со свежих новостей. На днях был представлен новый сингл группы ШАNA “Кохатися”. Как раз весной актуален такой призыв.

— Коты под моим окном всё это дело поняли буквально.

С каким настроением писалась песня?

— Ну, конечно же, с настроением надежды на самое лучшее и ощущением красоты жизни. Всё цветёт, всё расцветает.

Отлично. А какое твое любимое время года?

— О! Я вообще люблю все времена года. Но если говорить про Харьков, то моё любимое время года — это осень. В Харькове. Зиму я бы с удовольствием проводила где-нибудь в Карпатах или в Альпах. Или на Гоа, например. Лето я тоже обожаю. Но только где-нибудь возле воды, возле зелени. В общем, я люблю всё, только надо место этому находить правильное.

То есть, все времена года прекрасны, главное оказаться в правильном месте.

— Да, это точно.

Раз уж мы заговорили про Харьков. В Харькове есть какое-нибудь любимое место? Осенью, конечно.

— Осенью… У меня есть любимый маршрут, велосипедный. Вдоль детской железной дороги в направлении мемориала, потом я сворачиваю по трассам в лес и езжу там. Останавливаюсь на каких-нибудь полянах, периодически там сама пою, иногда молчу. Там есть еще какие-то озёра. Я их называю заброшенные озера. Там можно заблудиться. И я блуждала там неоднократно. Вот. Поэтому мои любимые места — они все связаны в основном с природой.

Мы, когда были в PINTAGONе на весеннем акустическом концерте ШАNA, я после него писала в комментариях…

— Это вы писали?

Да это я писала, что мой друг сказал, что Катя скорей всего живёт в лесопарке.

— Я очень смеялась, когда вы это написали. Потому что был период, когда ШАNA только начиналась, так сложились обстоятельства, что я несколько месяцев жила в квартире своей бабушке в Пятихатках. То есть я жила в лесопарке по факту. Я жила в лесу! И чувствовала себя беспредельно счастливой. Потому что я очень природный человек. Я не люблю столицы, я не люблю шум, запахи. Я всё это… Я люблю, но только быстренько — и сразу возвращаться. И в нору, и в нору! Когда-нибудь меня, наверное, найдут на каком-нибудь острове, на какой-нибудь горе я буду сидеть, в норе какой-нибудь. То есть где-то, где будет много-много природы, красоты и звуков, которые издает не… не вся эта технократия, можно так сказать.

Где будут звуки, которые ты сама неплохо умеешь имитировать.

— Ну, да. Я научусь еще лучше имитировать.

Всем иногда, наверное, хочется пожить на горе в норе.

— Есть люди, которые вполне себя комфортно чувствуют только в шумных столичных пространствах. Я люблю лишь приезжать, повторюсь. Приехать на пару дней. Причем, мне нравится, когда у меня есть какие-то дела или концерты, встречи, либо запись чего-нибудь. Я приезжаю, провожу прекрасно время и быстренько уезжаю.

Фото Михаил Никипелов

О творческих планах и музыкантах группы ШАNА

— Так. Теперь снова к музыке. Презентация песни состоялась, когда ждать альбом?

— Сейчас мы будем радовать вас синглами. Потому что альбом это дело такое серьезное. Над ним мы работаем. Там будет представлен вообще новый материал. В новом для нас звучании. Мы сейчас экспериментируем. И смело идем за теми веяниями, куда нас направляют наши эксперименты. Поэтому я не буду загадывать, я просто скажу, что мы дали себе свободу в том, чтобы выдохнуть предыдущие два года, когда мы нон-стоп работали. Поэтому мы прислушиваемся друг к другу, прислушиваемся к импульсу. Всё-таки творческая работа требует определенных состояний, к которым нужно приходить. Поэтому ничего не загадываем.

Я бы хотела, все хотели в команде ШАNА, чтобы к концу этого года материал был полностью сформирован. Чтобы в следующем году можно было его представить. Ну, а на протяжении этого года мы презентуем определенное количество новых треков, которые войдут в EP 17 года. (EP от англ. Extended Play, также миньо́н, ми́ни-альбо́м ). Всё по мере поступления. Не буду вам раскрывать все карты.

— Это правильно. Чтобы было чем удивить.

Мне повезло побывать на пяти концертах группы ШАNА. И я заметила одну удивительную штуку. Постоянно меняется звучание песен, аранжировки. То есть вы в постоянном процессе самосовершенствования находитесь. И на каждом из этих концертов я слышала также абсолютно новые для себя песни. Постоянно добавляется что-то новенькое. То есть, за этим видна колоссальная работа. И всё-таки, ШАNА — это большая группа людей, разных людей. Как удается быть на одной волне?

— Я не знаю, как это удается… Видимо у нас большой сёрф, на который мы все залазим и такие: “Давайте, волна пошла!”. На самом деле очень приятно, что вы замечаете такие вещи. Потому что действительно за этим стоит огромная работа. И для того, чтобы переделать программы и аранжировки, некоторым из нас пришлось поломать свои шаблоны в голове. Что это должно быть вот так и только так. Но зато, благодаря этой практике, теперь мы практически в любых обстоятельствах можем сыграть любые аранжировки наших песен. Более того, скоро вы услышите очень неожиданную интерпретацию нашей музыки. Моя изначальная задумка, моя мечта, что команда должна быть многовекторальной. То есть один материал, я имею в виду смысловой материал, текстовой материал, должен иметь возможность быть представлен в разных жанрах, разных стилях и быть сыгран с разными музыкантами. С разным набором музыкантов. С нашими, но с разным миксом.

Вот. Поэтому волну пытаемся искать. Вдохновлять друг друга как-то.

— По поводу состава давай поподробнее. Вначале была ты и еще три музыканта: Дмитрий Анисимов гитара, Евгений Шеховцов бас-гитара, Александр Дробушевский ударные. Потом к этому присоединился ди-джей, можно так говорить?

— Мы его называем, шутя, конечно, любя, наш электроник. На самом деле, он электронщик, Андрей Горн. Приглашали мы его для работы над первым альбомом. Был записан материал, и он уже на записанный материал добавлял всякую красоту. А потом просто так случилось, что он стал полноправным членом команды. И сейчас я не представляю, как можно без него вообще быть. Электронщик, да. Не ди-джей. Ди-джей делает всякие скретчи. И, кстати, тот проект, на который я намекаю, еще один вектор, это будет тот проект, в котором именно Андрей Горн будет лидирующей составляющей. И я думаю, что именно благодаря этому ответвлению, которым мы сейчас занимаемся, этот музыкант раскроется для нас в полном своем сиянии. Потому что когда есть куча инструментов, электроника не всегда бывает лидирующим инструментом.

— То есть твоя задача еще подсветить каждого участника.

— Да. Для меня очень важно, чтобы каждый музыкант в команде ШАNА находил свою реализацию. Я считаю, что это является фундаментальным правилом сотворчества людей. То есть, это не вопрос того, что мне взбрело в голову сделать проект и я такая: “Давайте!”. Это вопрос того, что собрались люди, каждый из которых без сомнения талантлив, и у каждого есть своё видение музыки, и каждому есть, что привнести. И это большой труд души человеческой, чтобы услышать друг друга. И, так или иначе, уметь пойти за одним музыкантом, за другим музыкантом. И, наверное, благодаря этому у нас такое разнообразие звучания. И я, как лидер, отвечаю за то, чтобы каждый в этом имел своё проявление.

 У каждого музыканта, как и у каждого человека, есть разные периоды, когда тебя прет и когда тебя не прет, когда это честно или когда не честно. Очень важно прийти и сказать: “Слушайте, у меня новая песня”. Начинаем делать, а она не идёт. Не идёт. Всё. Очень важно уметь от неё отказаться. Сказать: “Это нет”.

Есть еще один музыкант, Сергей Савенко. В песне “Кохатися” его соло на саксофоне до сих пор звучит в моих ушах.

— Да, Сова, Сергей Савенко, это мой старый друг. И я, еще более 10 лет назад, мечтала, что когда-нибудь, возможно, мы с Совой что-нибудь сможем сделать. И так получилось, что я пригласила его год назад поучаствовать в акустической программе. Он с огромной радостью откликнулся. И опять же, сейчас я не представляю, как можно быть без него

— Он же еще работает у Сергея Бабкина. Точнее работал. Ты ведь теперь его обратно не отдашь, мне кажется.

— Вот в том то и дело, он же не вещь, чтобы его взять и не отдать. Он невероятный музыкант, потрясающий человек, и абсолютно свободный в выборе людей, с кем он может играть. Поэтому у него есть время, у него есть желание. И я благодарна, что этот союз получился. Ему нравится. Мне было очень важно, чтобы та плотность звучания, которую мы изначально представили в первом альбоме, она все-таки обрела большую воздушность, больший объем, большую глубину. И Сережа, как никто другой, эту глубину привнес. Вместе с Витей Рекало, который…

Виолончелист.

— Да, который играет на виолончели. И как по мне, раскрывается в нашей команде с очень неожиданных сторон. Когда он начинает играть какие-то хардроковые соляки на виолончели — это непередаваемо.

— На акустическом концерте очень слышно было как раз виолончель, саксофон и гитару. По-другому расставились акценты. И ШАNА зазвучала по новому. В общем, каждый раз новый концерт. Это группа ШАNA, но это новый концерт. Это настолько круто.

— Надеюсь, нас хватит лет на сто еще.

Я этого желаю искренне. И очень этого хочу. Потому что меня хватит ходить на ваши концерты еще лет на сто. Хотелось бы.

— Потому что я помню, что когда мне нравились какие-то исполнители, мне было важно попадать на каждый концерт. И выносить что-то новое. “Когда же будет новая песня? Когда же будет новая аранжировка?” Которая немножко мне не так понравилась, как оригинал. Или наоборот: “Боже, это так зазвучало!” Я считаю, это жизнь коллектива. И мы должны постоянно обновляться, как мы обновляем прически свои или гардероб.

— Да, кстати, у тебя новая прическа. Обновление. Тоже к весне. Или это для презентации новой песни, для фотосесcии?

— Нет. Я просто такой ритуальный человек. Я уже и лысой была когда-то. Для меня изменение внешнего вида это начало какого-то нового этапа в жизни. Поэтому с появлением этой копны на моей голове, с появлением моей новой головы, как я теперь говорю, я прям чувствую, что ко мне совсем какие-то новые энергии прибывают.

Это антенны!

— Можно сказать, что это антенны. Можно сказать всё что угодно. В общем, ощущение у меня самое оно! Как там и было.

Про песню и клип «Малюк»

— Еще у меня такой вопрос есть. Песня «Малюк» — это песня о твоем детище, группе ШАNA?

— Ну, сейчас ее можно трактовать как угодно. А на самом деле история этой песни очень забавная. Это был первый текст, который я написала в своей жизни. Это было написано в 17 моих лет. И на самом деле все было романтично и прекрасно. Я была влюблена в замечательного человека. И мне почему-то пригрезилось, что это было бы идеально — стать матерью для сына или для дочери от этого мужчины. Я была очень такая наивная, милая. Это все было очень быстро на самом деле. Никакой трагической истории в этих отношениях не было. Я была влюблена, окрыленная. И у меня произошло это ощущение, знаешь, у каждой женщины есть определенные периоды, когда ты вдруг — хочешь! Вот это было ощущение, что оно внутри меня. Ну, а теперь, когда я пою эту песню, она обросла смыслами за эти годы для меня сильно. Это и про детей, конечно же, в первую очередь. И про детище, как дело. Потому что я ко всему отношусь, как к своему детищу. ШАNA — семья. Белоснежка и семь гномов, как меня называют иногда. В общем, всё как в настоящей семье происходит. И результатом нашей любви, безусловно, являются новые песни, новые программы.

Ты идешь себе на расслабоне с косяком, у тебя тут обезьяна на левом плече. Поворачиваешься направо, а там отвес скалы ледяной и человек втыкает какие-то железные прутья и пытается преодолеть какие-то лавины, которые на него падают. И ты говоришь: «Ну, ты и идиот! Это же ложный путь! Чувак, иди сюда. У меня тут косяк, обезьянка». Но на самом деле, и это, и это, и это является верным, если ты идешь вперед. Если ты двигаешься к цели.

— И еще хотелось бы про клип на эту песню поговорить. Он снимался в Карпатах. Ты сама с природой неотрывно ассоциируешься. Не только у меня, я думаю, у всех, кто знаком с твоим творчеством. В клипе представлены все природные стихии. Но ты больше всего, сама так говоришь, ассоциируешь себя со стихией Земли.

— Я говорила такое?

— Да. Я посмотрела несколько интервью, ты везде говоришь: “Земля, энергия Земли, всё от Земли”.

— Интересно. Раньше я говорила, что я воздух чистой воды.

— Тут сразу две стихии, Воздух и Вода.

— Я теперь ассоциирую себя со всеми стихиями на самом деле.

В клипе представлены, да, все. И ты их олицетворяешь. Кстати, стихия Земли — очень хорошая стихия, особенно, для женщины. К тому же, она основа для остальных стихий: Воды, Огня и Воздуха.

— Сейчас для меня это важно, поэтому так это проявляется.

Насчет клипа. Клип был создан Анной Мельниковой и мной. Анна Мельникова близкая моя подруга и просто невероятная, гениальная фотохудожница. И клип “Малюк” — это наше реализованное желание перейти в кино-пространство, видео-пространство. Большую часть, даже практически всё, мы сделали своими силами. Снимали это в Карпатах, да. Случайно так получилось. Собирались мы снимать в Харькове. Но на те даты, на которые были настроены работать, не получилось.

Фото Кирилл Волков

Про украинское радио

Нашу беседу прервал звонок с одесской радиостанции. Договаривались заранее. Предупредили, что через 5 минут перезвонят и включат Катю в прямой в прямой эфир.
Пока у нас есть 5 минут, давай про радиостанции поговорим. В Украине действует закон о квотах на песни на украинском языке. Сейчас это минимум 25% эфира. То есть каждая четвертая песня звучит украинском языке. Потом со временем станет 35%. В связи с этим радио стало достаточно сложно слушать. Иногда очень странные песни звучат в эфире.

— Мне тоже иногда странно. Но иногда бывают очень удивительно прекрасные открытия для меня.

— Да. Вот! У тебя потрясающие украиноязычные песни. Тебе этот законопроект помог? ШАNA звучит на радио?

— Все эти вопросы к нашему директору, Александру Гордееву. На самом деле, действительно, не ко мне просто вопрос.

Чтобы нормально шла работа, нужно чтобы каждый занимался своим делом. Я и так во всех векторах принимаю участие. Есть вопросы, которые не мне решать.

Ты полностью можешь довериться своей команде? Не считаешь, что нужно проконтролировать?

— Мы долго к этому шли. Я долго очень об этом мечтала. И сейчас, слава богу, мы находимся в таком состоянии, когда у нас действительно есть сформированная команда. Безусловно, нам есть над чем работать, что совершенствовать. Но в том формате, в котором мы существуем, у каждого есть свои обязанности, своя ответственность, которые он с радостью исполняет и делает это профессионально и с огромной любовью

Но ты знаешь, на каких радиостанциях ставят ШАNА? На радио ROKS, я знаю.

— Да, они сделали презентацию очень здоровскую в «Камтугезе». Но потом песни в эфир так и не поставили. Независимые радио, такие как “Аристократы” — они да, могут. А большие радиостанции, я не знаю, как там всё устроено. Конечно, мне хотелось бы, что песня “Кохатися” звучала на всех радио. Потому что радио делает своё дело. В общем, дай бог.

— Перед нашим интервью я слушала запись программы «Камтугеза» на радио ROKS. Приведу цитаты Сергея Кузина во время прослушивания песен ШАNА: «Очень крутая новинка. Вкусно-вкусно. Мега-нужный проект. Молодцы не то слово». И моё самое любимое: «Очень радостно, что теперь есть и ШАNA, город Харьков».

И после этого песни не взяли в эфир.

— Очень много крутых команд не крутят по радио. И отговорка у многих радио была такая: «Вы ж что-то похожее на Даху Браху? А Дахе Брахе не нужно, чтоб их крутили по радио. Им и так весь мир открыт». Когда нам дали такой от ворот поворот однажды, мы сели и подумали: “Ну, наверное, так и есть”. Есть огромное количество невероятных украинских исполнителей, которых вообще никто не знает. Я когда-то недавно пошутила, что дали бы мне один денек на каком-нибудь радио. Я понимаю, что даже я не знаю столько украинских исполнителей, сколько их есть. Иногда слушаешь, очень здорово, очень свежо, очень самобытно, не похоже ни на что другое.

Фото со страницы Катерины Леоновой вк

«Я верю, что у каждого человека внутри звучит своя мелодия».

Я хочу поделиться своими эмоциями от знакомства с твоим творчеством. «Кассиопею» как-то не довелось мне в свое время послушать.

Мы только приехали на «Импульс-фест», первый день. Помню, друзья подъезжали, кто-то звонил. Мы осматривали локацию. Такая суета. И я полноценно в концерт еще не успела погрузиться. И я понимаю, что у меня еще толком не было возможности проникнуться, но я уже стою и плачу. Слезы текут, остановиться невозможно. Ты даришь такие эмоции… Я даже не знаю, что это: чувство благодарности, восторга, сопричастности к чему-то большому… У тебя есть секрет?

— Секрет… Если есть секрет, то он на то и секрет.

Но, наверное, это всё связано с моей фундаментальной принадлежностью к театральной семье. Потому что я изначально театральная актриса, театра драмы и кино. И в моей жизни когда-то появился мой Мастер, я его называю своим Мастером, Клим. Очень известный в театральных кругах режиссер, драматург. И в 2008 году он приехал в Харьков и провел здесь 40-дневный марафон. Он работает с актером как с индивидуальной личностью, через пение. И это был тот человек, который то ли вскрыл, то ли позволил мне раскрыться. Что-то произошло рядом с ним такое… Тогда я впервые начала себя слышать и понимать как работает инструмент внутри меня. А инструмент внутри меня это не только лишь мои связки. В первую очередь, для меня певец — это человек, который говорит с небом, взывает к богам. Который раскрывает себя полностью, срывает все маски. Для меня актер — это человек, который не играет, человек который тотален, который обнажен. И этому меня учили, этому я научилась и этому я продолжаю учиться. И это безусловно выражается в моей музыке. В том что я делаю. В том, что я буду делать. И неважно как я это делаю, неважно какой стиль музыки я беру, ничего не важно. Важно только то состояние, которое возникает благодаря сочетанию звуков, и та тишина, которая возникает после.

Песня это маленькая жизнь. И максимально нужно отразить в ней, как по мне, эту невероятную смену состояний, которые есть в нашей жизни. И иногда есть песни, которые являются песней одного состояния. И мне пока предстоит только к этому прикоснуться. Потому что даже в песне “Кохатися” там всё-равно есть первая фраза: “Мені до сказу шкода того часу, що ми не разом”. То есть это всё-равно неоднозначность. Нет этой однозначной мимимишности или однозначной грусти. Но есть один очень важный закон для меня — это всегда выход в свет. То есть через всю тяжесть бытия, которая бывает с нами, через все недоразумения, сомнения, страхи, всё-равно выходишь в тотальную любовь, в тотальное кохатися, в тотальную веру. Вот поэтому, наверное, это передается. Я не транслирую какие-то свои представления на сцене. Я провожу то, что мне дается. Поэтому, наверное, это так действует на людей. Мне неважно это переживать самой, мне важно, чтобы это вы пережили. А я просто знаю определенные механизмы, которые, оказываются, работают, раз ты говоришь об этом.

Витиевато ответила.

— Не витиевато, для меня, по крайней мере. У меня даже сейчас эффект, как на концерте возник.

А до этой знаковой встречи с Климом, ты не пела?

— Нет, я пела. У меня очень интересная история. Пела я всегда, сколько себя помню. В 9 классе я пришла в новую школу. И там была школьная группа, называлась «Гравитация». И в этой группе играл Митя Анисимов. Митя Анисимов — это нынешний гитарист ШАNА, чтоб вы понимали. Нас более чем через 10 лет, свела жизнь, и мы создали вместе коллектив ШАNA. А начинали мы в 9 классе. Играли какие-то веселые песни, и не очень веселые. Потом у меня был еще один коллектив. Потом у меня был более серьезный коллектив, но с очень несерьезным названием «Гигантский комар». Мы играли фанк, и делали это очень и очень неплохо. Но все ребята были на 10 и больше лет меня старше. А мне было 17 лет, я поступила в Институт искусств на актерский. И мне было трудно это дело совмещать.

А потом возникла моя команда «Кассиопея», когда накопилось много материала у меня. И появилось мужество всё это проявить. Тут дело было, наверное, даже не в мужестве, а уже в невозможности молчать. Потому что “Кассиопея” появилась как: “Я должна уже всё это из себя!” Знаешь, как очень беременная женщина. Уже пора было разродиться, поэтому я очень торопилась. Я очень хотела всё это сделать быстрее уже. Но это от неопытности, на самом деле. И потом, когда у меня был 3-годичный, по сути, перерыв, после того как «Кассиопея» распалась, мне было довольно трудно начинать всё сначала. Это по закону мироздания. Сначала тебе всё открывается, и ты к этому очень просто относишься, очень просто с этим расстаешься. Второй раз тебе уже сложнее. Третий раз еще сложнее. С каждым разом тебе всё сложнее и сложнее. И получается, что я очень ценю сейчас, всё то, что имею. Потому что я помню, и до сих пор это всё переживаю, каким невероятным трудом, скурполезным, какими нечеловеческими иногда усилиями, всё это дается. И люди, и отношения с людьми, и какие-то возможности, и финансовые, и эмоциональные, и связи — это всё колоссальный, колоссальный труд, который потом воспринимается людьми как: “Ого! Появились неизвестно откуда. Ох, какой успех сразу. Ох! Вот это подфартило. Свалилось!” Нет, ребят, это всё очень, очень, очень серьезный труд. Поэтому я пела всегда, но случилась, начала случаться, только сейчас.

Я пела всегда, но случилась, начала случаться, только сейчас

Остается время на театр?

— Как только я решила всерьез заняться ШАNA, я от театра отошла. Я сделала выбор, временный. Это как беременность. Ты не можешь быть беременной двумя детьми. Тебе сначала нужно выносить одного. Вернее можешь, конечно, но только если одновременно. А в моем случае, мне надо было выносить сначала ШАNA. И вот сейчас, когда ШАNА появилась, когда я чувствую, что уже могу спать ночами, иногда гулять даже, когда у меня появилась больше свободного, не в плане от работы, времени… В общем, я, на время реализации группы, от театра отошла. Для меня это был колоссальный, трагический поворот. Потому что бытует такое мнение, что ушедшие из театра актеры, люди из театра, они туда не возвращаются. Они не могут туда вернуться. То есть закрывается возможность.

Но так как я ШАNA построила, в принципе, полностью по всем тем законам, на которых я учусь. И еще за эти годы научилась очень многому. То в недавнем времени, когда я стала возвращаться, я поняла, что за это время я приобрела намного больше. И что сейчас я готова выдать намного глубже и намного сильнее. Поэтому в ближайшее время, я думаю, вы еще увидите меня в роли актрисы. Те, кто не видел, увидят впервые. Те, кто видел, насладятся этим еще раз.

Кадры со сьемок клипа «Малюк»

О самоопределении, религии и жизненном пути

— Вот тот же Кузин, сегодня упомянутый, сказал, что ШАNA очень нужный проект. Ты же в своих интервью говорила не раз, что тебе, конечно, очень приятно, когда тебя, как можно большее количество людей услышит, но с другой стороны — не это самоцель. Главное, быть честной и выражать себя именно так, как ты чувствуешь.

— Да, это именно так.

— И всё-таки, я считаю, что появление ШАNA, трансформация из «Кассиопеи» или как новый проект, это неважно, это произошло, мне кажется, под такой конкретный большой запрос от других людей, от пространства. Потому что, когда у нас тут было самоопределение, Харьков- это Украина или не Украина…

— Да, как раз в это время.

— Так красиво, так изящно показать, что вот: “Я украинка, я живу в Харькове, у меня потрясающие песни на украинском языке”…

— И на русском.

И на русском, да. И это так уверенно, и в то же время так мягко, так изящно. Можно разводить было огромные дискуссии, спорить на эту тему, а можно было просто спеть песню — и вопросов вообще никаких не остается. Мне кажется, что возникновение ШАNА — это, всё-таки, под запрос людей. Вовремя.

— Да, конечно. Безусловно, ты права. Потому что три года я ходила, я даже названия не могла придумать. Наверное, это вопрос и моей самоидентификации. Потому что я была в России, когда это всё случилось. И я вернулась. Поэтому для меня это тоже очень важно. И название пришло ко мне, я его вымаливала, вичікувала просто очень-очень-очень долго. Я не считаю, что название надо придумывать. Как имя ребенку, знаешь. Оно должно прийти, оно должно возникнуть. И оно возникло.

Читала бизнес-учебник, пыталась понять, как мне быть. Слишком много воздуха было в моей жизни. Я не понимала, как в этом материальном мире мне существовать. Как сделать так, чтобы вся эта радость бытия, которая через меня проходит, ещё и как-то штаны мне поддерживала.

Поэтому да, есть запрос, наверное. Наверное, он есть. Да. Я просто, видя людей, которые приходят на концерты, с какими лицами они слушают музыку, с какими лицами они уходят, я понимаю, что всё не зря. Это дарит столько веры в прекрасное. Потому что ты ж просто певица как бы, просто вот такое существо, которое в материальных каких-то моментах невозможно оценить. Понимаешь, я не строю заводов, не шью одежду, не делаю ювелирные изделия, не делаю даже прически людям, не делаю операции на теле. Вот в душе делаю, это да. Но это же всё невозможно потрогать, понимаешь. И поэтому так важно, когда ты находишь хоть какое-то подтверждение того, что то, что ты делаешь — нужно. Когда я вижу глаза людей, я понимаю, для чего мне нужно претерпевать все эти невероятные трудности, которые стоят на пути каждого музыканта. Особенно, когда ты точно знаешь, кто ты, что ты несёшь. И когда ты точно понимаешь, что самое важное, это сохранить это и приумножить. А не поддаться массовым каким-то веяниям, не сыграть в поддавки с массой. А очень мягенько пройти, как говорил мой Учитель Клим, по кромке бездны, не теряя себя и при этом не отрицая всё, что есть вокруг. А есть вокруг очень много разного, с разными знаками плюс и минус.

— И еще круче всего, когда есть такая массовая мода на определенную музыку, как товары широкого потребления, и когда, назовем это модой, получается ее поменять немного. Конечно, это не только от тебя зависит. Нужно, чтобы помогали те же люди на радио ROKS. Потому что им нравится твоя музыка, они ее хвалят, а потом не ставят в эфир, а ставят что-то другое. Хочется всё-таки, чтобы ШАNA услышало большое количество людей.

— Я думаю, что всему своё время. Потому что существуем то мы год, по факту. Только 24 марта прошлого года мы сыграли первый презентационный концерт. По сути, мы существуем год. И, я считаю, что мы за год сделали огромное количество всего, просто очень много. Когда я в конце года истощенная, очень уставшая, два месяца приходила в себя, наш менеджер Алена прислала хронологию того, что мы делали. Мы посмотрели и просто обомлели, сколько  было сделано, сколько было вложено. Учитывая, что всё это делается своими силами, так или иначе. То есть бог действительно дает возможности, когда твоя идея -стоящая. Вдруг появляются люди, которые говорят: “Знаешь, я в это верю!” — и дают тебе на это денег. Вдруг появляются возможности заработать как-то что-то. Это же всё-равно очень важные аспекты для популяризации продукта. Продукта — ужасно звучит. Да, для меня действительно очень важно сохранять изначальное зерно. Потому что я наблюдаю за очень многими музыкантами, которые для меня являлись интересными. И как только они попадают в более широкий круг востребованности, происходит какой-то просто коллапс. Происходит очень много внешне мигающих таких вещей, но уходит полностью суть. Потом ты слушаешь новый хит и понимаешь, что в этом нет воздуха, в этом нет жизни, в этом нет трепета, в этом ничего нет. И, по-моему, это самое ужасное. Потому что у каждого музыканта, как и у каждого человека, есть разные периоды, когда тебя прет и когда тебя не прет, когда это честно или когда не честно. Очень важно прийти и сказать: “Слушайте, у меня новая песня”. Начинаем делать, а она не идёт. Не идёт. Всё. Очень важно уметь от неё отказаться. Сказать: “Это нет”. Либо наоборот, очень важно услышать своё состояние.

Я верю, что у каждого человека внутри звучит своя мелодия. Это действительно так. И если работать над разными технологиями, то однажды человек может открыть в себе вот этот голос. Это даже не пение. Это мелодия человека. Вот он появляется, и ты ее слышишь. Ты ее ощущаешь. И она неповторима. И если человек ее находит, то это бесконечность, бесконечность интерпретаций одной и той же мелодии. Как танец Сатурна или вальсирование Венеры. Я очень ценю людей, которые находят такие состояния, вот это звучание.

-Ты веришь в бога?

— Нет. Я знаю, что он есть. Я не религиозный человек. То есть я крещенная, христианка. Но для меня религия это определенный путь. Я себе рисую такую картинку, что есть гора. Наверное, греки так описывали Олимп. Есть какая-то невероятная гора, она скрывается за облаками. И там, за этими облаками, находится божественное начало. Которое невозможно описать. А у основания этой горы живёт всё человечество.  Слева это Япония, где-то справа Америка, где-то в центре Европа, тут Северный полюс, тут Южный. И все поднимаются на эту гору. Где-то склон вертикальный, где-то ледяные глыбы, где-то снег, где-то джунгли, где-то всё пологое, где-то хищные животные. А где-то просто идешь себе спокойно, по шоссе просто едешь на автобусе. У каждого своя дорога. И эти пути, эти дорожки, я называю религиями, разными верованиями, скажем так. А на самом деле все идут к одному. И очень глупо тратить свою энергию, жизнь, на то, чтобы смотреть на то, каким путем идут другие. Ты идешь себе на расслабоне с косяком, у тебя тут обезьяна на левом плече. Поворачиваешься направо, а там отвес скалы ледяной и человек втыкает какие-то железные прутья и пытается преодолеть какие-то лавины, которые на него падают. И ты говоришь: «Ну, ты и идиот! Это же ложный путь! Чувак, иди сюда. У меня тут косяк, обезьянка». Но на самом деле, и это, и это, и это является верным, если ты идешь вперед. Если ты двигаешься к цели. А форма, она вообще не имеет никакого значения. Как волосы, как ногти, как обувь, как платье – взял и поменял. Самое главное, что находится за всем этим.

группа «ШАNA»

Что для тебя главное в жизни? Самое главное.

— Цель? У меня есть сформулированная цель моей жизни. Используя доброту и честность, чтобы вдохновлять и пробуждать, бесстрашно творить новые миры, основанные на любви и знании своего истинного предназначения.

Красиво. Давно сформулировала такую цель? Видимо, часто задают этот вопрос.

— Нет, не часто. Начали задавать, после того, как сформулировала. Сформулировала в 2013 году. Читала бизнес-учебник, пыталась понять, как мне быть. Слишком много воздуха было в моей жизни. Я не понимала, как в этом материальном мире мне существовать. Как сделать так, чтобы вся эта радость бытия, которая через меня проходит, ещё и как-то штаны мне поддерживала. Поэтому читала бизнес-учебники. Училась у людей, которые что-то понимают в том, в чем я совершенно не понимаю. И там было одно такое интересное упражнение по формулировке своей цели. Отнеслась к этому тогда, помню, так немножко иронично. А когда я увидела результат, я обомлела. Это перевернуло всю мою жизнь. Потому что я никогда так емко не формулировала свои цели, свои желания. И после этого я начала очень конкретно подходить ко всему тому необъятному, что вокруг меня и во мне, происходит. То есть, я поняла, что всё имеет смысл. Любая духовность для меня обрела свой смысл только лишь в проявленности. И любая проявленность для меня стала важной, только если в основе лежит глубокая духовность. То есть это взаимодополняющие вещи. Есть прекрасная цитата, которая мне очень нравится. Если низ, земля, материальность, отрицается, то он отказывается держать верх, духовность, беззаботность. Поэтому сформулировав цель, любой малейший шаг в моей жизни, который касается любой сферы моей жизни, он должен соответствовать этому. Если я понимаю, что где-то себе вру или где-то идет компромисс с мой душой, с моей совестью, значит это ложный путь. Не значит, что он неправильный. Но это значит, что это не приведет меня к этой цели. Поэтому всё должно, в моем случае, быть из доброты, должно быть крайне честно, должно быть направлено на то, чтобы люди вдохновлялись и пробуждались. И для того, чтобы все мы вместе жили в лучшем мире. Где каждый знает своё истинное предназначение и понимает, что любовь, на самом деле, покрывает всё.

Татьяна Леонова

Читайте новости Харькова в группе ВКонтакте и Фейсбуке.

Если вы нашли опечатку на сайте, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.


АлоэВера Харьков
26 апреля, 20:00
10-й Юбилейный Remarketing Харьков
27 апреля, 9:00
Харьков Палас Премьер Отель (Kharkiv Palace Premier Hotel)
ROYAL CORVUS Харьков
27 апреля, 20:00