Николая Тринклера приглашали работать в Стокгольм, Москву и Баку, а он всю жизнь лечил харьковчан

11:06  |  27.02.2020

1 ноября 1909 года на страницах газеты «Южный край» появилась заметка: «Имя профессора Тринклера, как искусного хирурга, известно далеко за пределами Харькова, а можно сказать, что в сферу хирургической деятельности профессора Н. П. Тринклера входит почти весь юг России.

Как хирург, профессор Тринклер пользуется доверием не только со стороны публики, но и со стороны товарищей по профессии. Такая обширная деятельность популярного хирурга объясняется не только его огромным хирургическим опытом, но и его душевными качествами, мягкостью и внимательностью в обращении с больными…».

Столетие назад Николай Тринклер был не просто лучшим хирургом нашего города. Харьковчане любили и уважали талантливого врача, который мог вселить надежду и поддержать даже самых тяжелых больных.

Вместо гуманитарных дисциплин — хирургия

Его приглашали занять кафедры в университетах Стокгольма, Москвы, Баку. Но он всю жизнь проработал в Харькове. Здесь он открыл свою клинику. Одним из первых начал применять во время операции передовой метод асептики. Возглавлял кафедру хирургии Харьковского университета и усовершенствовал работу университетской клиники.

Наш город стал родным для Николая Тринклера. Хотя его детские и юношеские годы прошли в Петербурге и Симферополе. А в Харьков он с семьей переехал уже в 19-летнем возрасте.

Современники вспоминали, что в гимназии молодой человек больше других предметов любил историю и всерьез подумывал о карьере историка. Достоверно не известно так ли это. Окончив гимназический курс, в 1878 году молодой николай приступил к изучению медицинских дисциплин в стенах Харьковского университета. Особенно рьяно изучал хирургию, в факультетской хирургической клинике, с которой будет связана вся его дальнейшая жизнь. В 1882 году, будучи студентом 4 курса он заведовал клинической лабораторией, а окончив университет в 1884 году, стал сверхштатным ординатором клиники. В 1913 году он эту клинику возглавит. Но обо всем по порядку.

Вместе с дипломом лекаря Тринклер получил предложение остаться в университете. Здесь, под руководством профессора Вильгельма Грубе, он активно занялся научной работой и продолжил практиковать как врач. Обладая хорошей языковой подготовкой, Тринклер стажировался в клиниках Берлина, Вены, Болоньи и наблюдал, как работают лучшие европейские хирурги его времени.

Читайте также: «Вторые после Бога»: знаменитые харьковские врачи 19 века

В начале 19 века хирургическому больному выжить после операции было сложнее, чем без нее

Но давайте немного отойдем от биографии Николая Петровича. И рассмотрим один пример из истории медицины.

В 1835 году лейб-хирург французского короля Людовика XVIII Гийом Дюпюитрен заболев гнойным плевритом, наотрез отказался от проведения операции. Перед смертью он сказал, что предпочитает умереть от руки Божьей, чем погибнуть от руки товарища по профессии. Опытный военный хирург, проведший не одну операцию, он лучше других знал, что это лотерея, в которой вытянуть счастливый билет крайне сложно.

И дело здесь не в технической составляющей. Виртуозности хирургов первой половины 19 века, могут позавидовать и современные медики. Дело в том, тогда врачи не знали о микроорганизмах, населяющих все вокруг.

В то время операционная ничем не отличалась от обычной палаты. Врачи оперировали не в стерильных халатах, как сегодня, а в повседневной одежде, которую не жалко, едва засучив рукава. Нередко приглашая на манипуляцию толпу студентов. Весь инструментарий был многоразовым и после использования, порой, даже не мылся, но натирался до блеска фельдшерами и хранился на бархатных подушках. Иглы с шелковыми нитками втыкали в сальные свечки, чтобы они легче скользили через ткани. К хирургическим пациентам, еще живым и относительно здоровым, шли прямиком из прозекторской, едва ополоснув руки после вскрытия трупа. Ясно, что выздороветь им после таких визитов становилось сложнее.

Читайте также: «Лекарство от старости»: великий харьковчанин Илья Мечников

Сделал харьковские операционные стерильными

Клиники и аудитории медицинского факультета Харьковского Императорского университета. Изображение с сайта nuph.edu.ua

С подобным ежедневно сталкивался и Николай Тринклер в университетской больнице. Совершенно же другую картину он увидел, попав в 1889 году на стажировку к профессору Берлинского университета Эрнсту фон Бергману. При проведении операций немецкий хирург использовал метод асептики — стерилизации инструментов и создания максимально стерильных условий. Естественно, что молодой врач загорелся идеей внедрить подобное в Харькове.

Через год Тринклер вернулся в родной университет не с пустыми руками, а с полученными от Бергмана чертежами стерилизатора. Теперь в факультетской клинике при проведении операций использовали исключительно стерильные инструменты и обезвреженный паром шовный и перевязочный материал. А чтение лекций из операционных и палат переместилось в университетские аудитории.

Постепенно метод асептики из стен факультетской клиники университета перешел и в другие хирургические больницы Харькова и юга Российской империи. В связи с чем Тринклера нередко называют отечественным пионером асептики.

Брал большие гонорары с состоятельных горожан, чтобы бесплатно лечить харьковскую бедноту

Выпуск газеты «Утро» от 31 октября 1913 года с объявлениями услуг практикующих в Харькове врачей

В 1906 году, имея за плечами более чем двадцатилетнюю практику, Николай Тринклер открыл частную клинику в доме под № 7 по улице Чернышевского. Возможно ее открытие состоялось бы раньше, но все не хватало средств. Для Тринклера на первом месте стояло здоровье пациента, а не сумма которую он заплатит за лечение.

«В Харькове нет такой семьи, которая не прибегала бы к его помощи. Он во всех случаях шел на помощь, даже тяжелая болезнь не могла удержать его. Он много работал, много зарабатывал, но ушел из этой жизни, оставив семью далеко не обеспеченной. Целые толпы бедноты бесплатно лечились в его частной лечебнице. У богатого он брал много, часто очень много, для того, чтобы содержать и лечить бесплатно бедноту. Если центр города любил и уважал Николая Петровича, то бедные окраины его обожали», — так вспоминал о Тринклере один из его учеников, хирург Иван Корхов.

Приведенное здесь, не единственное подобное воспоминание о Николае Тринклере. Его действительно любили и коллеги и пациенты.

Он не только обладал талантом врача и мог разобраться даже в самом сложном клиническом случае, но ценил жизнь каждого больного. Уделял большое внимание послеоперационному уходу за пациентами. Следил, чтобы все манипуляции проводили максимально безболезненно. Если идя по коридору университетской или своей клиники Тринклер слышал из палаты крики пациента, то заходил и завершал перевязку самостоятельно. Без дискомфорта для больного.

Подобного отношения к больным он требовал и от своих ассистентов и медицинских сестер. Но делал это мягко и терпеливо. Современники вспоминают, что Николай Тринклер никогда не повышал голос ни в общении с коллегами, ни со студентами. При проведении операций всегда оставался абсолютно спокоен и уверен в своих действиях.

Читайте также: «Лучший окулист» и «святой человек» Леонард Гиршман

От пластической хирургии до сложных операций на мозге

Кабинеты и лаборатории медицинского факультета Харьковского императорского университета. Изображение с сайта nuph.edu.ua

Врачебную практику Николай Тринклер совмещал с преподаванием в Харьковском университете. В 1910 году он получил в заведование кафедру хирургической патологии.

Из воспоминаний Ивана Корхова, студента Николая Тринклера: «Несмотря на колоссальную перегруженность работой, Николай Петрович уделял много внимания студентам и вопросам преподавания: он любил молодежь и в полном смысле слова возился с нею. Вспоминается один из прошедших годов, когда широко функционировали хирургические кружки. Измученный, усталый от дневной работы, он вечером снова приезжал в клинику. Начинались студенческие доклады. Если доклад был неудачен, профессор незаметно переходил к докладу сам…».

Николаю Тринклеру было чем поделиться со студентами. Он филигранно проводил даже самые сложные операции. Трепанация черепа, тотальная резекция желудка, эктомии, операции на суставах, косметические операции. Казалось для хирурга нет невозможного. Но больше других его интересовали онкопатологии. Вопросы диагностики рака и возможных методов лечения онкобольных. Николай Тринклер всегда старался сохранить работоспособность пораженного опухолью органа. Лишь в крайнем случае прибегая к операции.

Читайте также: Ландау, Багалей, Барабашов: девять ученых, прославивших Харьков

После революции

Николай Тринклер продолжал помогать людям и в мятежные годы Первой Мировой, а затем и Гражданской войны. И после установления советской власти. Все так же оперировал, лечил, не смотря на чины и ранги, продолжал преподавать. И все также пользовался уважением.

Приведем один интересный пример. В 1922 году Николая Тринклера пригласили в Ростов-на-Дону. То ли, для организации показательного хирургического госпиталя, в котором могли бы готовить хирургов для Красной Армии. То ли, прооперировать кого-то из партийного руководства. Мнения исследователей разнятся.

Но как бы там ни было, в феврале 1922 года Тринклер возвращался из Ростова в компании Осипа Мандельштама, с которым встретился в городе. Воспоминания об этой поездке оставила жена Мандельштама Надежда: «…мы сели в отдельный салон-вагон, предоставленный хирургу, профессору Тринклеру (его вызывали из Харькова, чтобы сделать операцию кому-то из начальников), и вскоре дотянулись до Харькова. Салон-вагон — знак высокого положения в мире, и потому его прицепляют к поездам в первую очередь, не то что поганую теплушку».

А вот свою частную клинику Николай Тринклер сразу после 1920 года передал государству, для размещения здесь больницы Красного Креста. Но свое детище не оставил. До конца жизни оставался директором, вел прием больных, оперировал. Это было призвание, которому Николай Тринклер отдал значительную часть своей жизни.

«Я хотел бы, чтобы после моей смерти в этой лечебнице была устроена хирургическая лечебница для беднейшего населения города Харькова, в которой могли бы учиться в то же время и участковые деревенские врачи», — так однажды сказал профессор в беседе с одним из своих учеников.

Николай Тринклер умер внезапно, 10 августа 1925 года. Всю свою жизнь он заботился о людях, пытаясь облегчить их страдания и помочь каждому вне зависимости от статуса и материального положения.

Алена Маршала

Мой Харьков в Телеграме telegram ico, подпишитесь!

Если вы нашли опечатку на сайте, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: