Папа Василия Каразина: бешеная жизнь, турецкий плен и война с психопатом

12:55  |  28.04.2020
Кадр из кинофильма "Турецкий гамбит"

Кадр из кинофильма "Турецкий гамбит"

Известно, что у Василия Каразина, основателя Харьковского университета, темперамент был, как говорится, южный, то есть взрывной и неуёмный.

«Это была беспокойная, бурная натура, — писал о нем историк Дмитрий Багалей, — человек, обладавший огромным запасом жизненной энергии, не могший сосредоточиться на чем-нибудь одном и переходивший постоянно от одного увлечения к другому». Все эти черты характера Василий Каразин унаследовал от отца, Назара Александровича Каразина, пережившего на своем веку немало приключений и злоключений.

Для своего времени Назар Александрович был прекрасно образован – он, помимо того, что получил специальность военного инженера, еще и свободно изъяснялся на пяти языках, в том числе на турецком и греческом. А его полная приключений жизнь порой напоминала отдельные серии «Игры престолов». 

Турки чуть не посадили на кол

Русско-турецкая война

Когда в 1767 году, накануне очередной войны с Турцией (1768—1774 гг.), Назара представили императрице Екатерине II, та поручила ему отправиться на территорию неприятеля для выполнения секретного задания: Каразин должен был сделать чертежи турецких крепостей и других военных сооружений.

Отпустив бороду и обрядившись в монашескую одежду, Назар закинул за плечо бочонок воды и отправился в путь. Маленькая военная хитрость: бочонок имел не одно дно, а целых четыре; между ними были спрятаны бумаги и чертежные принадлежности. С разведывательной миссией екатерининский «агент» справился прекрасно: добравшись до Турции, он осмотрел целый ряд оборонительных и военных сооружений, сделав попутно необходимые зарисовки и чертежи.

Внук Назара Александровича многие годы спустя в подробностях описывал эти междоусобные стычки: «Ольховский был разбойничьего нрава; про него в памяти старожилов сохранились ужасы.

В Адрианополе (современное название этого города, расположенного у самой границы Турции с Грецией, – Эдирне) с отцом будущего основателя Харьковского университета чуть было не случилась беда. Как говорится, «никогда еще Штирлиц не был так близко к провалу»… В тот самый момент, когда Назар вычерчивал план очередного бастиона, турки схватили его и, подозревая в нем иностранного шпиона, собрались казнить его лютой смертью: посадить на кол.

Каразину улыбнулась удача и ему удалось бежать. В итоге «секретный агент» благополучно вернулся на родину, не только доставив ценнейшие разведывательные сведения, но и приведя с собой солидное по численности войско — три тысячи арнаутов (так называли субэтническую группу албанцев, православных по вероисповеданию). Покинув Османскую империю, эти люди вместе с Назаром Каразиным двинулись в Россию, чтобы воевать против турок.

Впоследствии Назар, выйдя в отставку в полковничьем чине, получил в награду от императрицы имения под Харьковом и Москвой, в том числе село Кручик в Богодуховском уезде Харьковской губернии.

Читайте также: Операция «Факел»: история атомного взрыва под Харьковом

В подвале люди гнили на цепях

Кадр из сериала "Игра престолов"

Кадр из сериала «Игра престолов»

Обосновавшись в Кручике, Назар Александрович женился на дочери сотника Харьковского казачьего полка Варваре Ковалевской – женщине, по свидетельствам современников, исключительных душевных качеств. Но, выйдя «на покой», Каразин особого покоя так и не дождался.

По соседству с ним, в имении Шаровка, жил помещик Савва Ольховский. Об этом колоритном субъекте известный литератор Григорий Петрович Данилевский (тоже, к слову, имевший харьковские корни) говорил так: «Это был тип буйного воина, не желавшего расстаться с военными замашками даже в мирном деревенском уголке».

Тогдашние помещики Левобережной Украины, привыкшие к постоянным войнам и мало приспособленные к мирной жизни, нередко совершали внезапные разрушительные набеги на усадьбы и земли своих соседей. Необузданные, воинственные, ни в чем не знавшие удержу, они беспрерывно враждовали между собой и регулярно «ходили войной» друг на друга, как и полагается классическим феодалам.

Внук Назара Александровича, Иван Иванович Каразин (1834—1903 гг.), многие годы спустя в подробностях описывал эти междоусобные стычки: «Ольховский был разбойничьего нрава; про него в памяти старожилов сохранились ужасы.

Говорили, что у в подвалах Ольховского гниют люди на цепях, что земли Шаровки увеличиваются за счет разбоя… Ночью Савва делал наезд на владельца, изгонял его из дома и сжигал всю усадьбу. Тут же пускались плуги, вся земля вспахивалась и засевалась, по времени года, озимыми, яровыми, гречихой. И когда ограбленный приезжал с судом на место расследовать дело (что, разумеется, делалось нескоро вследствие подкупности и страха судей), то на месте усадьбы уже волновалась нива. Это служило подтверждением слов Саввы, будто бы здесь никогда никакой усадьбы не было, и земля принадлежала ему. Савва оставался прав и выигрывал дело… Даже проезд через земли Саввы был опасен и делался со страхом. Всем соседям приходилось жутко от Саввы…»

Читайте также: Застрелился из-за любви: выдающийся математик Александр Ляпунов

Бои между помещиками с применением артиллерии

Крестьяне

Зимой 1775 года, студеной январской ночью, Савва Ольховский прислал к каразинской мельнице целую вооруженную «бригаду» численностью свыше двух десятков человек. Они разломали постройки, разграбили мельницу и, избив нескольких крестьян, забрали их с собой в Шаровку – «в плен». Через полгода, в августе, отряд головорезов, возглавляемый Саввой, вновь «отличился», воровским образом захватив 13 скирд каразинского сена.

Пытаясь разобраться с обидчиком по закону, Назар Александрович писал жалобы в Ахтырскую провинциальную канцелярию, однако зарвавшегося вконец Ольховского никто не мог призвать к ответу; его даже не могли заставить явиться в суд.

Обнаглев от безнаказанности, «ольховские» спустя еще год, в августе 1776-го, снова напали на хутор Каразина («гвалтовный наезд», — так охарактеризовал их действия внук Назара). Очередное ночное сражение оказалось по-настоящему кровопролитным: двое каразинских крестьян были убиты, а около трех десятков человек получили ранения и увечья. Причем на этот раз Савве активно помогала его мать, некая Татьяна Абазина. Настоящий беспредел, — сказали бы мы сегодня…

Между соседями началась форменная междоусобная война, на которой Назару Каразину пришлось даже применить артиллерию, небольшие очаковские пушки, привезенные им с турецкой войны. «Было 20 человек убитых, — рассказывал внук Назара Александровича, — и грозный Савва был взят моим дедом в плен и доставлен в тогда еще уездный город Краснокутск и под стражей помещен в заточение. Но караул был ловко опоен водкой с дурманом – и Савва бежал».

Следствие по этому делу тянулось до 1779 года и закончилось тем, что Татьяну Абазину приговорили к телесному наказанию; Савву ожидал еще более суровый приговор, поэтому он счел за лучшее бежать в Петербург, чтобы попытаться выхлопотать там себе «апелляцию» (то есть, добиться изменения приговора). Однако итог был неутешительным для Ольховского: Правительствующий Сенат в 1781 году приговорил его к лишению чина и церковному покаянию с содержанием на хлебе и воде «за избиение подданных черкас села Кручика».

Страшная каразинская месть

Колокол

Назар Александрович тем временем придумал, как достойно поквитаться с ненавистным противником. Он велел отлить 15-пудовый колокол с изображением физиономии Саввы – с таким расчетом, чтобы при каждом очередном ударе язык колокола бил бы обидчика прямо по лбу. По окружности колокола была выбита надпись: «Сей колокол – кровь вопиющая к Богу людей побитых села Кручика и деревни Основинец Саввою Васильевым сыном Ольховским 1776 года августа 15 дня». Одним словом, зло было покарано, и справедливость восторжествовала.

Читайте также: «Осторожно, кусается»: свободная любовь Льва Ландау в Харькове

Остается добавить, что разбойные нападения на соседей, грабежи, убийства и неправедные тяжбы, в конечном итоге, не принесли беспутному Савве ни богатства, ни процветания. В свое время отец его, мурафский сотник Василий Ольховский, построил в Шаровке первое (деревянное) здание усадьбы; а позднее уже сам Савва Васильевич соорудил там замок в неоготическом стиле – очень красивый, из белого камня, с двумя башенками. Но в конце концов дела Ольховского пришли в расстройство, и он был вынужден продать замок новым хозяевам, а по некоторым сведениям, и вовсе проиграл его в карты…

Марина Калинина

Мой Харьков в Телеграме telegram ico, подпишитесь!

Если вы нашли опечатку на сайте, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

Оставьте комментарий

*

  1. Андрей Парамонов 10:57 | 03.05.20

    Забыл только автор написать, что мельницу в Кручике сначала отобрал Назар Каразин у Ольховского, с этого и начался конфликт.
    Ах да, кто же это такой миролюбивый? Да это же Назар Каразин, просто привез в имение две пушки и между прочим в нападении на имение Ольховского применял их.
    И почему же Ольховский так и не был наказан?
    И как то некрасиво писать некая Татьяна Абаза, хотя она весьма известна.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: