Интервью с президентом компании «Фактор» Сергеем Политучим: «Мы хотим, чтобы Институт Книги работал в Харькове, а не в Киеве»

7:40  |  17.02.2016

Президент издательско-консалтинговой компании "Фактор" Сергей Политучий

Свое мнение по поводу инициативы народного депутата Остапа Семерака запретить ввоз в Украину российских книг не высказал, наверное, только ленивый. В отличие от многих, один из крупнейших украинских издателей, президент издательско-консалтинговой корпорации «Фактор» Сергей Политучий, свою позицию озвучивать не торопился.

Нам удалось узнать, что думает о запрете российской книги человек, который уже 25 лет делает в Харькове издательский бизнес и чье издательство «Виват», входящее в группу компаний «Фактор», в 2015 году издало 482 книги общим тиражом более 2,5 миллионов экземпляров. К слову, в этом году «Виват» впервые переведет на украинский язык и издаст две книги нобелевского лауреата Светланы Алексиевич «Цинковые мальчики» и «У войны не женское лицо». Мы также поговорили с Сергеем Политучим об Институте Книги, который планируется создать в Украине по аналогии с таким же ведомством в Польше, о проблемах книгоиздания в целом и о том, чего хотят издатели от государства.

Сам Сергей Политучий редко читает большие художественные романы, предпочитая им историческую литературу, книги по бизнесу и публицистику. Признается, что за последнее время прочитал изданную его издательством книгу Горького Лука «Ноука от Горького Лука. Сборник лекций по кацаповедению» и два тома «Истории государства российского» Бориса Акунина. Однако для молодых украинских авторов есть хорошие новости – в этом году издательство «Виват» планирует активнее их издавать, в том числе открывать миру новые имена.

Каким был 2015 год для группы компаний «Фактор»?

Год был не менее тяжелым, чем позапрошлый, и все годы до него, начиная с кризисного 2008-го года. Но в целом, как это ни удивительно, прошлый год дал хорошие результаты. Объем книг издательства «Виват» вырос на 30%, типография «Фактор-Друк» перевыполнила бюджетные планы на 70%. Мы активно работаем с Европой. На сегодня у нас стоит задача увеличить объем книг издательства «Виват» в полтора раза.

Мы планируем больше издавать молодых авторов. Это очень серьезная задача, но я думаю, мы с ней справимся.

Какова ваша позиция по поводу инициативы запрета ввоза российских книг в Украину?

Читая бурную дискуссию в интернете по этому вопросу, я встречаю 90% высказываний людей, которые не совсем представляют, в чем суть законопроекта, но уже выступают против. Люди не понимают на что, на самом деле, нацелен этот законопроект.

Моя позиция дуалистическая. Я попытаюсь изложить аргументы «за» и «против». Какие обстоятельства заставляют предположить, что эта инициатива была бы положительной для Украины? Так сложилось, что в последние 300 лет Украина развивается в тени более крупного государства, России, которое исповедовало достаточно жесткую позицию, направленную на искоренение украинского языка и украинской идентичности.

Что касается книгоиздания, то в этой сфере у Москвы и Санкт-Петербурга была абсолютная монополия. В Харькове, Минске, Кишиневе были свои издательства, например «Промінь» в Харькове, но это были издательства, которые обслуживали местечковые и локальные интересы. Они не являлись всесоюзными и сколь-нибудь значимыми. К моменту независимости Украины издательская школа была сконцентрирована исключительно в Москве и Санкт-Петербурге.

Под издательской школой я понимаю систему издательских, переводческих и полиграфических институций.

Украина оказалась без своей книгоиздательской культуры. Я говорю не об отсутствии издательств, а об отсутствии высокой книгоиздательской культуры, которая предполагает налаженные связи с литературными агентствами по всему миру, что позволяет покупать права на издания и переводить их.

Что мешало независимой Украине развивать книгоиздательскую культуру?

На протяжении всей истории независимой Украины российская книга доминировала на нашем рынке. Мы оказались на одном лингвистическом рынке, в пространстве русского языка.

Когда мы говорим о книге, как о бизнесе, мы должны понимать, что в издательском бизнесе действуют те же законы, что и в любом другом. Россия имеет население в 140 миллионов человек и издает на душу населения в три раза больше книг, чем Украина. При этом емкость российского рынка в 10 раз больше, чем украинского.

Покупая авторские права у тех же авторов, по той же цене, мы стоимость авторских прав разносим на количество книг, в десять раз меньшее, чем в России. Соответственно себестоимость нашей книги будет гораздо выше. Даже издавая ту же самую книгу, что издали в России, мы всегда будем проигрывать экономически на нашем рынке, который открыт для российской книги.

Мы столкнулись с ситуацией, когда мы пытаемся открыть маленький магазинчик площадью 100 квадратных метров возле огромного гипермаркета. Мы никогда не выиграем у этого гипермаркета. Люди всегда будут идти в гипермаркет, а не в маленький магазинчик.

Но ведь мы тоже можем продавать книги на российский рынок…

Не можем.

Почему?

Как я сказал, наша книга априори дороже. А если мы заходим на российский рынок, где дополнительно платим ввозные пошлины, как же мы сможем конкурировать, если их книга и так заведомо дешевле?

Есть еще один важный фактор.


Дело в том, что Россия покупает авторские права на самые лучшие передовые издания гораздо дороже, чем мы можем себе позволить. Она покупает права на издание книги на всей территории СНГ. Причем, Россия покупает права как на русском, так и, самое смешное, на украинском языке! Таким образом, они делают невозможным издание, например, Харуки Мураками, украинским издательством на украинском языке!

12736380_1035585449821511_1735801381_n

Книги издательства «Виват»


То есть они покупают права и не издают?

Именно. Эта ситуация вообще очень интересная, и она не имеет законодательного решения. Мы можем только обращаться к ним от имени ассоциаций, но это все равно, что гоняться за мышами. Это вторая проблема: невозможность купить права, потому что они имеют неизмеримо больший рынок, всегда могут предложить большую цену и часть прав уже выкуплена на всю территорию постсоветского пространства. Если мы хотим действительно развивать издательский рынок, мы должны поставить забор между этим гипермаркетом и нашим магазином.

Есть еще одна проблема: наши писатели, переводчики, прочие работники издательского мира с большим удовольствием работают на российский рынок потому, что им там больше платят. Когда мы имеем рядом другой рынок с другими ценами, зарплатами и объемами производства, это ломает наш рынок. Мы не можем с этим конкурировать. Сам по себе наш рынок не начнет расти. А мы должны четко отдавать себе отчет: если мы не развиваем в Украине собственное издательское дело, то наша национальная идентичность, наша особость, наши взгляды на культуру и мораль, все это будет формироваться в матрице другого государства с их ментальностью, их моралью, их пониманием культуры и совести.

То есть ваша позиция за запрет ввоза российской книги?

Не совсем так. Я думаю, что время для этого еще не пришло. Речь идет не о том, чтобы «не пущать книгу». Речь идет о том, что если российское издательство хочет издать и распространить книгу в Украине, оно или заключает агентское соглашение, или просто открывает здесь филиал, который печатает в Украине свою книгу. На сегодняшний день все крупнейшие российские издательства, например «ЭКСМО» или «АСТ», и так имеют очень давно филиалы в Украине. Они и так печатают в Украине свои книги.

Почему я говорю, что время для такой меры еще не пришло, и я бы не проголосовал за внедрение этого закона? Во-первых, потому что это достаточно одиозное решение. Оно очень удачное для спекуляций, особенно для российских спекуляций. Хотя подобная практика придумана не нами. Канада не пускает американские книги на свой рынок. Такая практика существует везде, где есть одна языковая среда.

Во-вторых, на сегодняшний день, в результате кризисной ситуации, и у нас и в России, российская книга стоит на нашем рынке в среднем на 30% дороже, чем украинская, что само по себе дает нам возможность конкурировать. Поэтому многие издательства и без этого нарастили продажи в прошлом году и со сдержанным оптимизмом смотрят вперед. Произошло изменение соотношения между русскоязычной и украиноязычной книгой в Украине. Несколько лет назад совершенно нормальное соотношение между тиражами было 2 к 1. Издавали 2 тысячи книг одного наименования на русском языке и 1 тысячу книг на украинском. Сегодня ситуация поменялась ровно наоборот. С точки зрения развития рынка это очень хороший показатель, потому что иноязычность сразу снимает проблему защиты рынка.

В Польше у издателей вообще нет проблем с российской книгой, потому что другой язык сразу ставит барьер. Это еще один момент, почему я считаю, что время закона о запрете пока не пришло. Проблема и без этого начинает решаться.

В третьих, есть проблема книжных торговых сетей. Дефицит российской литературы во многих сегментах ударит по торговым сетям. Все украинские издательства не смогут очень быстро заполнить образовавшуюся пустоту. Я уверен, что в перспективе ничего страшного не произойдет и года через два ситуация нормализуется.

Есть опыт Хорватии, которая возродила свой издательский рынок, только закрыв границы с Сербией.

Но если мы примем этот закон сейчас, мы столкнемся с тем, что многие книжные магазины могут закрыться. Книжный магазин — это не Бог весть что в части бизнеса, они малоприбыльные. Если у них ассортимент упадет, они будут совсем убыточные. Это будет разрушать систему распространения книг, что станет для нас проблемой. Есть еще вопрос невозможности украинских издательств сейчас закрыть потребность в нишевой литературе: музыкальной, научной, узкопрофессиональной, тиражи которой малы даже в России.

В целом, у меня есть достаточно аргументов как за, так и против, но я сказал бы, что сегодня это несвоевременно. Самое главное: вопрос сохранения и развития украинского книгоиздания не должен умереть. Это вопрос будущего нации.

И как бы пафосно не звучали эти слова: нации, которые смотрят телевизор, не бывают великими. Великие нации читают книги.

Что должно делать государство для поддержки украинского книгоиздания?

Должен быть комплекс мер по пропаганде чтения. В украинской социальной рекламе пропаганда чтения должна стать одной из главных тем. Для этого нужно реализовать законодательные меры, которые обяжут собственников рекламных плоскостей предоставлять определенную долю билбордов, ситилайтов и радиорекламы для рекламы книг. Вы видели за последние 10 лет хоть одну рекламу книги? Нужно приучать людей читать, сделать чтение модным!

Необходимо решить вопрос доступа к книге и радикально реформировать библиотечную сеть, которая досталась нам в наследство с советских времен. Сегодня популярность библиотек чрезвычайно мала, потому что там нет доступа к книжным новинкам и качественной литературе.

В наших библиотеках до сих пор Николай Островский «Как закалялась сталь» с Павкой Корчагиным и «Мальчиш-кибальчиш». Нет современной литературы, потому что на ее закупку не выделяется средств.


На мой взгляд, как это дико не звучит, нужно сократить количество библиотек, соответственно сократится количество средств на их содержание. Но при этом нужно увеличить и заработные платы, и техническое оснащение. Нужно сделать библиотеки действительно очагами культуры, а не чем-то анахроничным и рудиментарным, как это есть сейчас.

Необходима монетарная поддержка издателей. Речь идет об обязательной закупке государством каждой книжной новинки в количестве хотя бы 100-200 книг, как это происходит во многих странах. В той же Хорватии, поддержка национального книгоиздания началась с того, что у каждого издательства государство покупало 500 книг, которые потом распространялись по библиотекам. Таким образом, они решили сразу две задачи: все новинки попадали в библиотеки, а издатель получал плату за 500 книг, что делало его конкурентоспособным на рынке.

Сейчас какая ситуация? Государство покупает книги у издателей?

Практически нет. Сейчас это крайне коррумпированное мероприятие, когда государство выделяет сколько-то миллионов на закупку книг и централизованно распределяет, у кого эти книги закупать. Это определяется традиционными для Украины методами и критерии те же, что и в других государственных закупках.

То есть, «откаты»?

Я бы это так назвал: «руководствуясь традиционными для нашей страны критериями отбора закупаемого государством товара». В результате — в целом отрасль не развивается. Когда дается кому-то право решать, у кого покупать, а у кого нет, создается повод для коррупции.

К вам обращались с такими предложениями?

Нет, не обращались. Во-первых, потому что мы всей своей историей показали, что мы не играем в игры с государством. А во-вторых, не обращались, потому что здесь спрос превышает предложение и есть очередь. Если бы мы захотели получить эти заказы, это не к нам должны были бы обращаться, а мы должны захотеть, объявить и поучаствовать в этом аукционе. А мы этого не хотим.

Как обстоит ситуация с созданием Института Книги?

Верховная Рада утвердила во втором чтении закон о создании Института Книги.

Мы хотели бы, чтобы Институт Книги был расположен в Харькове. Это было бы логично, учитывая, что львиная доля издательств и полиграфических мощностей находится не в Киеве, не во Львове, а именно в Харькове.

Из 20 крупнейших издательств Украины в нашем городе расположена половина. Например, в Польше Институт Книги находится в Кракове, а не в Варшаве.

Если бы Институт Книги работал в Харькове, это было бы во всех смыслах правильно. Мы же говорим о децентрализации. Если честно, я не верю в Киев. Сразу найдут какого-то директора из местных, заслуженного журналиста СССР, которого надо устроить на работу, все забюрократизируется и будет похоронено. Институт Книги должен возглавить молодой человек или человек с современным отношением к жизни. В Институте должны работать молодые люди в возрасте около 30 лет.  Насколько я знаю, на сегодня никто еще не заложил ни единой строчки в бюджет на создание Института Книги.

12746580_1037265342986855_1752189494_n

Стенд издательства «Виват» на книжной выставке во Франкфурте-на-Майне


А издатели имеют возможность участвовать в этом процессе? С вами советуются?

А кто будет советоваться? Вообще проблема издательского бизнеса в том, что ним опекаются сразу три организации – Министерство культуры, Государственный комитет телевидения и радиовещания и даже еще кто-то третий. У семи нянек дитя без глаза, и даже у троих без глаза, сто процентов. Никто этим не занимается. В прошлом году прошла книжная выставка во Франкфурте, где впервые у национального стенда Украины было 100 квадратных метров и я могу сказать без всякого преувеличения, хотя государство выделило в бюджете порядка 1 миллион гривен на проведение этой выставки, но то, что она состоялась – это исключительно заслуга волонтеров. Это все было сделано вопреки, а не благодаря тем органам, которые должны этим заниматься.

Беседовал Андрей Войницкий

Срочные новости о коронавирусе в Телеграм-канале Мой Харьков telegram ico! Прислать новость в редакцию можно здесь.

Если вы нашли опечатку на сайте, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: