Директор издательства «Фолио» Александр Красовицкий: «Если человек собирает библиотеку, значит, он уверен в своем будущем»

14:18  |  30.05.2017

Украинский книжный рынок годами кормил российских издателей, но после 2014 года похоже вступил, в абсолютно новую фазу. Сегодня доля российской и даже русскоязычной книги на рынке Украины значительно уменьшилась и продолжает снижаться. Если несколько лет назад читатель покупал популярные романы российских авторов, таких как Дарья Донцова, Татьяна Устинова или Людмила Улицкая, то сейчас эту нишу все больше занимают книги продаваемых украинских писателей – Андрея Куркова, Андрея Кокотюхи, Сергея Жадана, Люко Дашвар, Юрия Винничука и других.


По прогнозу директора харьковского издательства «Фолио» Александра Красовицкого, в ближайшие 6-8 лет книга на украинском языке получит 90% нашего рынка. Боимся сглазить, но осторожно предположим, что для украинской книги настали хорошие времена. Все видели в соцсетях фотографии длинных очередей с недавнего Книжного Арсенала. Для наступления полноценного «золотого века» украинской книге не хватает, пожалуй, двух факторов – роста экономики, который позволил бы украинцам активнее покупать книги не только в Киеве, но и в регионах, и работающего Института Книги, который бы продвигал украинскую книгу за границей. Эпопея с назначением директора института длится уже четырнадцать месяцев и должна разрешиться в июле.  

Мы встретились с Александром Красовицким сразу после его возвращения с Книжного Арсенала. Разговор шел вокруг будущего русскоязычной книги, литературных трендов, перспектив неизвестных авторов, которых его издательство фактически не публикует, «преувеличенных» слухов о смерти бумажной книги, эмбарго на ввоз российской литературы, готовящегося к изданию 25-томника фантастов Марины и Сергея Дяченко, и других новинок «Фолио».

Вы вернулись с Книжного Арсенала в Киеве. Что вас там  порадовало или удивило?

Во-первых, у нас впервые было такое, что мы к Книжному Арсеналу сделали почти 50 новинок, раньше даже близко такого не было. Это свидетельство того, что мы стараемся подготовиться к переформатированию украинского рынка, который все больше будет работать с продукцией украинских издательств, и все меньше книг будет завозиться из России. Соответственно, речь идет о книгах и на русском, и на украинском языках, а не только на украинском, потому что украинская книга – это книга, изданная украинским издательством, а не книга, изданная на украинском языке.

Второе, на что надо обратить внимание: за последние годы очень резко выросло качество книг, издаваемых украинскими издателями. Стала лучше и бумага, и полиграфия, стало больше иллюстраций, появилась более креативная верстка, новые форматы и технологии переплета. На сегодня украинское книгоиздание количественно находится очень далеко, в самом конце европейского списка, но качественно, находится на уровне наиболее развитых европейских стран. И эти изменения фактически прошли за три последних года. Это свидетельство конкуренции, но это и запросы читателя, к тому какой он хочет видеть книгу. Наш читатель продвинутый, умный, образованный и развивающийся. Я такого не говорил все предыдущие 25 лет, но сейчас это именно так.

Соответственно я предполагаю, что следующим этапом после такого отношения к качеству книги, будет такое же отношение к качеству образования. Если раньше мы могли сказать, что в Украине диплом – престижен, а качество образования непрестижно, то я очень надеюсь через несколько лет подобные изменения коснутся и того, что в головах, а не только того, что на бумаге.

Следующая тенденция заключается в том, что, безусловно, резко выросла доля продаж книг на украинском языке. Эта тенденция ускоряется, и я думаю, что лет через 6-7 мы будем иметь рынок на 90% украиноязычный, который защищен от конкуренции с  контрабандным ввозом.

И последний фактор психологический – деньги на книги у киевлян были и раньше, но сейчас, очень часто приходя на Арсенал, киевляне покупают книги не те, которые нужны, чтобы прочесть сейчас, а те, которые нужны, чтобы поставить на полку. Если человек собирает хорошую библиотеку дома, это значит, что он собирается жить в этом городе, в этой стране, он уверен в своем будущем. Эта тенденция началась в прошлом году, и она усилилась в этом. А перед этим покупали книжки в основном, чтобы «сейчас» почитать.

Такая ситуация в Киеве, но она же другая в регионах…

Безусловно. Но тенденция, которая начинается в Киеве, потом продолжается по стране. В стране есть другая проблема, — у людей нет денег, поэтому в ближайшее время ситуация с книгой в регионах не будет решена.

Что будет с украинской русскоязычной литературой. Перестанет ли она существовать, как явление?

Я думаю, что ничего плохого с украинской русскоязычной литературой не будет. Большая часть украинских читателей – двуязычные. Если писатель пишет на украинском, то его читатели покупают книгу на украинском. Если пишет на русском, — покупают на русском. Я предполагаю, что в ближайшие годы русскоязычные украинские писатели, которые издавались в России, станут издаваться дома. Первый пример этому — Ян Валетов.

Наш читатель продвинутый, умный, образованный и развивающийся. Я такого не говорил все предыдущие 25 лет, но сейчас это именно так.

Второй пример – скоро у нас выйдут несколько новых романов Андрея Валентинова, харьковского автора, который издавался в России, а теперь будет издаваться у нас. Некоторые русскоязычные авторы, которые живут за рубежом и издаются в России, у нас издаются на украинском языке, как например Марина и Сергей Дьяченко, которые живут в Америке, на русском издаются в Москве, но вот сейчас мы начинаем издавать их, внимание, 25-томное собрание сочинений. Вышел первый том на украинском языке. И для украинского читателя они через какое-то время уже будут казаться украиноязычными.

Что сейчас пользуется спросом на рынке? Какие книги покупают в первую очередь?

Что касается переводной литературы, то Украина находится в европейском тренде, соответственно  покупают свежие зарубежные бестселлеры. Если книжка украинского автора выходит в Европе, то она выходит и у нас на украинском языке, и она является тоже бестселлером.


Что касается литературы отечественной, то с одной стороны пользуется популярностью школьная классика, потому что школьникам она нужна для учебного процесса. С другой стороны – пользуются популярностью современные украинские авторы. Впервые за много лет их популярность переросла популярность книг российских авторов, которые сюда завозили. На сегодня Курков, Винничук, Кокотюха, Жадан, Люко Дашвар гораздо более популярны, чем Донцова, Устинова и даже Улицкая.

Сыграл ли свою роль запрет ввоза российской книги?

Нет законодательства по поводу запрета ввоза российской книги. Читайте его внимательно, есть законодательство о разрешительной системе, и под нее не подпадает только сепаратистская литература. Поэтому кто захочет оформить ввоз книги из-за границы, тот может это сделать.

В краткосрочной перспективе,  это увеличило количество контрабанды за первый квартал, потому что сразу после закона не появились подзаконные акты Кабмина, которые бы регулировали этот процесс. Теперь они появились. Поэтому в долгосрочной перспективе, будет нанесен колоссальный удар по книжной контрабанде, так как каждое наименование законной книги будет в реестре, а каждая книга, которая заехала «левым» образом будет видна на прилавке. Соответственно тот, кто будет пытаться ими торговать, рискует заплатить большие штрафы.

С Умбрето Эко (фото со страницы Александра Красовицкого в Facebook)


На недавней встрече в Харькове Андрей Курков рассказал, что в Германии издательства не боятся издавать даже графоманов. Какая-то бабушка или подросток могут написать что-то, что «выстрелит» на рынке, поэтому издатели экспериментируют, и это тысячи книг в год.

Иногда за графоманов платят сами графоманы, а иногда за графоманов платят местные власти, что очень часто происходит. Да, у нас местные власти в некоторых областях тоже это давно делают, например во Львовской, Ивано-Франковской и Волынской областях каждый год власти выделяют достаточно большую сумму денег на издание местных писателей. Туда могут попасть, как качественные авторы, так и графоманы.

А в Харьковской области?

Один раз на моей памяти выделялись 200 тысяч гривен, когда Арсен Борисович Аваков был губернатором. Это было лет десять назад.

Что-то, связанное с фантастикой?

Нет, это было связано с членами Союза писателей в Харькове.

Так вот, возвращаясь, к графоманам. Есть мнение, что в Украине издательство скорее напечатает сборник кулинарных рецептов, чем книгу молодого автора…

Так во всем мире. Вопрос – кто платит. Кто-то должен за эти издания заплатить. Эта ситуация одинаковая – хочешь видеть изданными свои книги – плати, не можешь заплатить сам – ищи спонсора.

Но не все же авторы платят за свою первую книгу?

Не все, но в 90% это именно так и происходит. Это нормально во всем мире.


Например, Джоан Роулинг, долго отсылала свои рукописи…

Но подождите, ей же тоже отказывали! Поэтому либо плати, либо так, как Курков, который в пятьсот издательств разослал свои рукописи, — ищи  другое издательство, третье, десятое, семьдесят второе, на пятисотом, может быть будет результат.

То есть вы публикуете молодых авторов только на коммерческой основе?

Нет, не только, мы иногда рассматривает рукописи, но обычно это связано с тем, что это молодые авторы, которые идут на коронацию слова. Я вполне доверяю «Коронации слова», первоначальному выбору. Я в «Коронации» в жюри, соответственно романы-финалисты я все читаю, их в разные годы от 20 до 25. Из них я выбираю то, что меня интересует. Да, это молодые авторы. Каждый год хотя бы одну книгу с «Коронации слова» мы печатаем, бывают годы, когда три-четыре. Этого достаточно. Все остальные рукописи мы не рассматриваем. Если автор приходит с деньгами и говорит: «Издайте мою книгу», мы рассматриваем ее, нет ли там чего-то, что уж совсем категорически нас не устраивает, и если все нормально, то издаем за деньги.

Что из «Коронации слова» вы можете выделить интересного?

Есть Богдан Коломийчук, первый роман которого выиграл «Коронацию слова», причем он три года подавался, пока прошел в финал с одним и тем же романом. После этого мы его издали и дальше продолжаем издавать, он хорошо продается, и его книги будут экранизированы, по ним готовится сериал. Все хорошо у него, благодаря «Коронации слова».

Джоан Роулинг тоже отказывали! Поэтому либо плати, либо так, как Курков, который в пятьсот издательств разослал свои рукописи, — ищи  другое издательство, третье, десятое, семьдесят второе, на пятисотом, может быть будет результат.

Когда-то «Коронацию слова» выигрывал Андрей Кокотюха, мы уже издали больше 20 его книг за разные годы. Последние годы среди победителей и лауреатов «Коронации» были наши авторы Ярослав Яриш, Раиса Плотникова, Петро Лущик, которого мы уже четвертый по счету роман приняли в работу, поэтому «Коронация» – это такая прекрасная путевка в жизнь.

Кстати, по-моему, Кокотюха говорил, что современный украинский роман о событиях наших дней особо продаваться не будет. Пользуются спросом исторические романы…

В целом тенденция именно такова.

Каких книг не хватает украинской литературе?

Нон-фикшн в первую очередь, фэнтези и фантастики во вторую, детективов в третью. Не хватает массовых жанров. Для умных, продвинутых, сложных читателей литература есть. Для «простых» читателей литературы не хватает. Это следствие того, что Украина 25 лет была филиалом другого книжного рынка.

Сейчас ситуация должна поменяться?

Ситуация поменяется только в случае введения эмбарго. Раскрутить новые имена массового рынка гораздо сложнее, чем раскрутить имена интеллектуального рынка, и только дефицит может дать такую возможность.


А вы бы как издатель поддержали эмбарго на ввоз российской книги в Украину?

Я сторонник этого решения. Во всем мире книжные рынки закрыты для иностранной книги, Украина – это исключение.

Что вы думаете о создании Института Книги?

Четырнадцать месяцев назад был принят закон о создании Института Книги, директора до сих пор нет, есть только конкурс на эту должность и в начале июля должен быть объявлен директор.

Чем был бы полезен такой государственный орган?

Два направления, которые с моей точки зрения обязательно должны быть главной функцией Института Книги –  это программа перевода украинских авторов на другие языки и программа пропаганды чтения. Все остальные навязанные ему функции – это скорее желание министерства культуры и Гостелерадио куда-нибудь спихнуть свои дополнительные функции. Все остальное я считаю неправильным для подобной организации, которая новая и только появляется.

Какие сейчас позиции издательства «Фолио» на рынке?   

Мы входим в десятку лидеров, у нас около 2% украинского книжного рынка. Лидеры рынка – «Клуб семейного досуга» и издательства, которые делают учебники.

Растет ли продажа книг через интернет?

Не растет. До момента появления глобального игрока, ни на одном книжном рынке не происходило резкого увеличения объема продаж книг в интернете. Глобального игрока нет, и пока не ожидается, поскольку для этого нужны достаточно большие инвестиции в склады, инфраструктуру, программу, и в первую очередь, в рекламу. У нас есть интернет-магазины, но ни один из них не в состоянии проинвестировать создание системы продаж.

Недавно издательство «Виват» открыло в Харькове собственный книжный магазин. Планирует ли «Фолио» открывать свои книжные магазины?

Вопрос обсуждается. Магазины – нет, но один магазин в Харькове может быть в 2018 году.

Насколько это рентабельно?

Нерентабельно. До тех пор, пока государство не поступит, как, например, поступает Франция, когда муниципальные власти дотируют книжную торговлю, магазины будут открываться, закрываться, будут дотационные со стороны собственников или не убыточные, но и не прибыльные. То есть этот бизнес при рыночных арендах не работает.


После принятия безвиза мы стали ближе к Европе. Как считаете, станут ли украинцы больше читать европейскую литературу? Либо же наоборот, европейцы будут читать больше украинской литературы?   

Европейцы не будут читать украинских авторов до тех пор, пока не появится Институт Книги и не будут выделены существенные деньги на пропаганду украинской литературы за рубежом. Нас нет на книжной карте мира до тех пор, пока украинское государство не спонсирует переводы украинской литературы за рубеж, как это делают со своей литературой все цивилизованные страны.

Кто сегодня «делает» современную украинскую литературу? Кого бы вы выделили?

Давайте я буду говорить об авторах издательства «Фолио». Есть Андрей Курков, который самый продаваемый за рубежом и самый переводимый в странах бывшего СССР. Есть Юрий Винничук, который каждый год пишет по роману, и каждый становится бестселлером на украинском рынке. Есть Сергей Жадан, который и писатель хороший, и занимает активную общественную позицию, и благодаря этому каждая его книжка становится событием. Есть Андрей Кокотюха, который пишет огромное количество произведений, он выписался и пишет качественно, везде попадает в жанр, и соответственно его книги – это заведомо бестселлеры. Остальных авторов мы пытаемся развивать, они придут на рынок, но эти четверо впереди.

Какие ближайшие планы у издательства «Фолио»?

К трем томам «Истории европейской цивилизации» под редакцией Умберто Эко, которые вышли в предыдущие несколько лет, мы в этом году выпустим еще четыре тома.

На украинском языке?

Да.

Европейцы не будут читать украинских авторов до тех пор, пока не появится Институт Книги и не будут выделены существенные деньги на пропаганду украинской литературы за рубежом. Нас нет на книжной карте мира до тех пор, пока украинское государство не спонсирует переводы украинской литературы за рубеж, как это делают со своей литературой все цивилизованные страны.

К слову, вспомнил, что у вас не так давно выходила книга Мирослава Поповича «Кровавый век» на русском языке. И я хотел еще спросить, а почему на русском?

Это связано с нашей политикой, которая говорит о том, что востоку Украины эта книга нужнее, чем центру и западу, поэтому мы осознанно ее издавали на русском языке и она очень хорошо продается.

Как вы относитесь к мнению, что бумажная книга умирает?

В Европе я такой тенденции не видел. В Америке это есть, но те факторы, которые действуют на американский рынок, отсутствуют на европейском рынке. Это такие факторы, как наличие законодательного формульного определения цены, наличие в Америке компьютерных монстров. В Европе нет игроков, которые бы сломали книжный рынок, нет законодательства, которое повлияло бы на движение в сторону электронной книги. У Франции и Италии есть другие традиции собирания электронных библиотек. Есть и другие факторы, которые в сумме законсервировали ситуацию и отвернули ее назад – рынок электронных книг в Европе дорос до 7-8% и упал до 4%, и продолжается тенденция вниз. Европейский покупатель по-прежнему работает с бумажной книгой, и насколько я понимаю, тенденция в ближайшие 10 лет не изменится.

Беседовал Андрей Войницкий.

Нажмите и читайте mykharkov.info в Фейсбуке!

Смотрите также новости и афишу Харькова.

Если вы нашли опечатку на сайте, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.